20:07 

Пока не кончился август.

Драйзер. Высокоморальный садист.
Название: Пока не кончился август.
Автор: Takehiko Yoshiro.
Бета: Laurefin.
Фендом: Schwein; Buck-Tick.
Дисклеймер: Отказываюсь.
Пейринг: Raymond Watts/Atsushi Sakurai; Hisashi Imai/Atsushi Sakurai.
Рейтинг: От R до NC-21.
Жанр: Drama, RPS.
Статус: Закончен.
Размещение: С моего разрешения.
Предупреждения: Дичайший OOC; немного AU; мат; нецензурные выражения; слэш.
От автора: Время действия - 2009 год.

Глава 18.

После той ночи Имаи вёл себя очень тихо и не брал в рот ни капли спиртного. И он больше не прикасался к Атсуши. Ну, если только сменить холодный компресс на лбу или поддержать дрожащую руку, сжимающую чашку с жаропонижающим. Сакураи несколько дней провалялся в постели с температурой под сорок. Всё это время Хисаши не отходил от него ни на шаг, заискивающе заглядывая в лихорадочно блестящие карие глаза.
Первое время Атсуши отмалчивался. Просто лежал, повернувшись к Хисаши спиной, пока тот читал или настраивал гитару, сидя у его постели. Имаи тоже не нарушал молчания. Да и не о чем было говорить. Просто случилось то, что неизбежно должно было случиться. Может, не так романтично, как хотелось бы Хисаши, но ведь это всё же произошло? И когда он двигался внутри тугого, горячего Атсуши, тот отвечал. Не сразу конечно, но отвечал. А потом и вовсе кончил вместе с Хисаши, захлёбываясь слезами и краснея, как девушка. Имаи потом долго просил прощения. Целовал мокрые ресницы и скулы Атсуши. Шептал, что любит. Что будет любить его до конца своей жизни. Совершенно никчёмной жизни без него. Без Атсуши.
Потом, когда Сакураи стало лучше, он неожиданно для Хисаши заговорил с ним. И попросил больше не уходить на ночь на диван. В тот вечер они снова переспали. И это было так нежно, что Хисаши почти умирал, чувствуя на своей груди мягкое дыхание А-чана. Атсуши так крепко прижимался к нему. В каждом его взгляде, прикосновении, в каждом вздохе прослеживались серьёзность и обречённость. Он отдавался с таким самопожертвованием, будто секс с Имаи был для него пыткой. И одновременно с такой доверчивостью, будто искал у Хисаши защиты. От того, другого, обидевшего его Хисаши. Стокгольмский синдром - кажется, это так называется.
С тех пор до самого тура они были вместе. И во время тура Атсуши не отходил от Имаи ни на шаг. Остальные члены группы если и догадывались об их отношениях, то никак это не показывали. Наоборот, все вздохнули спокойно, в глубине души радуясь неожиданной мягкости лидера. Только Хошино иногда хмурился, нечаянно сталкиваясь взглядом с потускневшими глазами Атсуши.

Группа вернулась в Токио всего на пару дней. Долгожданное «окно» между концертами. Каори не видела Хисаши почти месяц. За это время он сильно изменился. Стал более резким по отношению к ней. Казалось, их уютный дом, да и сама Каори раздражают Хисаши. По приезду он вскользь мазанул губами по её щеке и заперся в домашней студии, отговариваясь срочной работой. Каори попыталась было войти к нему, но Хисаши что-то буркнул через дверь и не пустил. Вышел он лишь через несколько часов. Как это ни странно, абсолютно трезвый. И сразу же уехал к Сакураи. Ночевать он не пришёл. Только на следующий день, когда нужно было вновь уезжать, они оба – Хисаши и Атсуши – заехали взять кое-какие вещи.
Атсуши прятал взгляд. И это было более странным, чем тот факт, что Хисаши ночевал в его доме. Каори взяла себя в руки и, вежливо улыбаясь, предложила Сакураи чаю. Атсуши еле слышно пробормотал «спасибо», и больше за всё время не проронил ни слова.

Каори сидела с ногами в кресле, старательно делая вид, что читает книгу. Намеренно преувеличенная невозмутимость давалась ей с огромным трудом. Сестра была права. Каори следовало остановиться в самом начале их романа. Не влезать во всё это. Нет же, не слушала. Имаи-сан - ведь это так престижно. Куда престижнее чем, например, Танака-сан, жена владельца бакалейной лавки, или Сайто-сан, жена стоматолога. Хотя, если подумать, с владельцем бакалейной лавки Каори было бы куда спокойнее. И на Сакураи можно было бы продолжать любоваться в Интернете. А не кусать украдкой губы, решая, кого и к кому ты ревнуешь больше: собственного мужа, со временем превратившегося из нелюбимого мужчины во вполне терпимого родственника, или же свою первую девичью любовь, по инерции тянущуюся сквозь года, как утратившая вкус надоевшая жвачка.
Вот сейчас Атсуши сидит напротив, неестественно холоден и зажат. Криво улыбается и курит, курит. Давно ли он опять начал курить? И глаза его похожи на выцветшую рыбью чешую. Пустые, потухшие. И почему-то Каори кажется, что он избегает взгляда Хисаши, бегающего по комнате в поисках гитарных проводов. На Каори Хисаши никогда так не смотрел. Даже когда кончал. Этот взгляд - пронзительный, хищный и одновременно заискивающий. Будто Хисаши в чём-то виноват, но не хочет этого признавать. И жалко его, и злость берёт. Сам запутался, всех запутал. Закрутил клубок так, что не выбраться. Ведь и семья у него была любящая и вроде приличная. И любви вроде хватало. Так почему же сейчас он с упорством паука-птицееда старательно собирает их обоих вокруг себя, не желая ослабить ни одной ниточки? Как бы Каори не относилась к Сакураи-сану, толкаться с ним локтями было тяжело. И делить с ним Хисаши было тяжело. Хоть не любимый, а всё-таки муж. Только её муж.
- Хисаши, ты случайно не выложил из чемодана тот тёплый свитер? - в голосе женщины отчётливо слышались раздражённые нотки.
Каори искренне считала себя хорошей женой. Верной и преданной женой. Несмотря на свою эмансипированность, в отношении семьи она придерживалась традиционных взглядов. Взгляды Хисаши, которые тот бросал на Сакураи, были очень далеки от традиционных, и это бесило Каори.
- Что? А, да. Я решил, что он мне не понадобится, - Хисаши всё-таки нашёл провода и сейчас запихивал их в сумку.
Каори фыркнула. Он решил! Если бы хоть от одного его «Я решил!» была какая-то польза… Хоть для кого-нибудь из них троих.
- Атсуши, ну что ты сидишь? - всплеснул руками Имаи. - Выходить через час. Каори, где мои джинсы, те, вельветовые?
- В стирке, - Каори одарила Хисаши холодным взглядом и снова уткнулась в книгу. Сакураи молча курил, уставившись в окно.
- Меня не было дома месяц, а они всё ещё в стирке! - взорвался Хисаши.
- Да, они всё ещё в стирке, - напевно ответила Каори, поглаживая заметно округлившийся живот. - И перестань кричать. Мне нельзя волноваться.
Имаи притих, но по его глазам было видно, насколько он зол сейчас.
- Тебе лучше постирать их к моему возвращению, Каори, если ты не хочешь повторить подвиг Сакураи-сан, - выплюнул Хисаши.
При упоминании имени бывшей жены, Атсуши невольно дёрнулся и нервно затянулся сигаретой.
- А… Ты о разводе, - равнодушно заметила Каори, не отрывая взгляда от книги. - Который из его разводов ты имеешь ввиду?
- Оба! - Хисаши снова повысил голос.
- О… - Каори наигранно заинтересованно посмотрела мужу в глаза. - Можешь даже не надеяться, развод ты не получишь. Я не оставлю ребёнка без отца, как эта дура Саюри.
В комнате воцарилась напряжённая тишина. Хисаши не знал, куда себя деть. Женщина с вызовом смотрела на него, гордо вздёрнув острый трясущийся подбородок. Атсуши ссутулился у окна, беспокойно теребя воротник рубашки и делая затяжку за затяжкой. Глаза Каори повлажнели. Женщина с трудом сдерживала подступавшие к горлу рыдания. Она медленно поднялась с кресла, подошла к Атсуши и, неожиданно вырвав у него изо рта сигарету, бросила её в пепельницу.
- Сакураи-сан, здесь не курят!
Атсуши вскочил и, не поднимая взгляда, стремительно вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.
- Идиотка! - прошипел Хисаши и выбежал вслед за Сакураи.
Каори разрыдалась. Она стояла возле окна и сквозь слёзы видела, как выскочил на веранду Атсуши. Как Хисаши, догнавший его, попытался обнять Сакураи за плечи. И как тот вырывался, сбрасывая с себя руки Хисаши и отворачиваясь.
Каори смотрела на разворачивавшуюся на её глазах отвратительную сцену и не верила. Все её опасения подтвердились. Они действительно спали вместе. И как она могла быть такой слепой? Как долго это продолжается? Все эти совместные ночёвки, прикрываемые работой допоздна. Весь этот фан-сервис. Эта ужасная, оскорбляющая её ложь на протяжении всего замужества.
Каори плакала, глядя, как Имаи прижимает Атсуши к своей груди. Как гладит его спину. Осторожно, бережно. Как Атсуши обвивает тонкими руками шею Хисаши и ищет дрожащими губами его губы. И находит.
Каори не выдержала. Она дёрнула на себя створку окна. Цветочный горшок, стоящий на подоконнике, полетел на пол.
- Только не в моём доме!
Выкрикнув это, женщина почувствовала себя уверенней. Ей даже стало смешно от того, с какой быстротой Сакураи с Хисаши отпрянули друг от друга и, воровато озираясь, скрылись в глубине сада. А растерянное выражение лица Имаи? Это же такая редкость - растерянный, смущающийся, застуканный на месте преступления якобы безгрешный лидер-сан. Теперь у Каори есть на руках козырь против Хисаши. И развода он точно не получит.

@темы: Пока не кончился август, Raymond Watts, Buck-Tick, Atsushi Sakurai

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

46億年の恋

главная